Сегодня среда 18 октября 2017 г. 18:10
сделать стартовой в избранное
О проекте
Контакты
Форум
Размещение рекламы
   
 
 
Логин Пароль  
 
 
запомнить на этом компьютере
регистрация  |  если забыли пароль
 
 
№120июль 2017Сибирь инвестиционная
Нам здесь жить
Сибирская промышленность имеет целый ряд специфических черт. Одна из них — присутствие здесь крупнейших компаний, имеющих вес не только в российской, но и в мировой экономике. И, разумеется, особенности их развития, стратегия, перспективы и проекты оказывают существенное влияние на индустриальную жизнь большой территории — как минимум, «домашнего региона».


Разумеется, описать все проекты «сильных мира сего» не удастся — таковых слишком много. Поэтому остановимся подробнее на стратегии сибирских «гигантов», касающейся двух самых обсуждаемых сегодня направлений. Речь, конечно же, идёт о процессах импортозамещения, разговоры о которых в связи с политической ситуацией не утихают, и улучшении экологической обстановки — раз уж нынешний год объявлен годом экологии.
Не гражданство, а качество
Закономерно, что чем мощнее предприятие, тем большее влияние на окружающую среду оно оказывает, а для металлургических предприятий экологические вопросы особенно актуальны. Что и говорить о «Норникеле» — крупнейшей в России и одной из крупнейших в мире компаний по производству драгоценных и цветных металлов. Плата за это — Норильск, стабильно входящий в «топ» самых грязных городов мира. Руководство предприятия, безусловно, уделяет внимание этой проблеме, регулярно появляются сообщения о различных нововведениях, сокращении выбросов и оптимизации использования ресурсов. Например, суммарный бюджет экопроектов компании в этом году составит 1,3 млрд рублей. Однако проблема всё ещё на повестке дня. Выступая на пленарном заседании КЭФ вице-президент «Норникеля» Елена Безденежных дала по этому вопросу очень интересные, и, что важно, непредвзятые комментарии, объединив в своём выступлении две вышеупомянутые актуальные темы.
«Почему бизнес сегодня в принципе вкладываются в экологию? Основных причины две: страх и жадность. Страх перед наказанием, и для «Норникеля» эта мотивация уже давно неактуальна: компания сама является кладезем эффективных и доступных технологий, и мы их уже не первый год предоставляем другим — и российским, и зарубежным предприятиям. Ну а жадность, то есть стремление к экономии, объяснить очень легко: выгоднее вложиться в экологическое направление сейчас, чем пожинать плоды потом.
Хочу сказать, что экологически чистым наше производство стазу не станет. И «зелёной» металлургии сейчас не существует — это просто миф. Не существует не только в России, но и в мире. Но это не говорит о том, что над этим не нужно работать. Нужно, и работы предстоит много. Существуют отдельные «зелёные» технологии, мы будет стремиться их внедрять, мы потратим на это большие деньги. В частности, до 2023 года мы намерены вложить в экологические мероприятия 250 млрд рублей, из них 200 млрд будут направлены на решение проблем здесь, в Красноярском крае, где расположены основные наши источники.В 
Но дело здесь вот в чём. За 80 лет существования норильского комбината сотрудники компании создали более 3500 собственных изобретений, было оформлено около 1000 патентов. Более двух третей этих изобретений были направлены на улучшение экологической обстановки — либо в превентивном порядке, либо постфактум. И наши Кулибины не просто изобретали новые технологии: они адаптировали те, которые приходили к нам из-за рубежа. То есть, программа импортозамещения — это хорошая программа, и мы её, безусловно, поддерживаем, но если за рубежом есть лучшие технологии, то почему бы их не использовать? И мы это делаем: берём и адаптируем проекты итальянских, финских, канадских учёных. Потому что нельзя оставаться с экологическими проблемами один на один. В этой ситуации нельзя поступать так, как мы делали в советское время: брать пылесос (зато отечественный!) и использовать его для распыления краски.
Да, необходимые нам технологии сегодня разрабатываются и в России. Но мы вынуждены признать, что в экологическом плане они несколько отстали от зарубежных. Может быть потому, что у нас не было стандартов, по которым эти технологии можно разрабатывать, может быть, потому что в России на протяжении 20 лет вообще не обращали внимания на свою науку. Долгое время перед наукой стояла одна единственная задача — выжить, тут было не до развития новых технологий промышленности. И с этой точки зрения программа импортозамещения — это правильная установка, но нужно понимать, что бизнес, самостоятельно применяя рыночные механизмы, будет использовать более рациональные, более экологичные и более экономичные технологии. В Это нормальный механизм, и только он может привести к хорошим результатам», — высказалась Елена Безденежных.
Качаем по-русски
Естественно, процесс импортозамещения затронул и нефтегазовую отрасль, которая больше всего пострадала от введения секторальных санкций со стороны США и ЕС. То есть развивать отечественные технологии Россию буквально вынудили обстоятельства. И сегодня в этой отрасли имеются очевидные достижения. Об этом в интервью ТАСС рассказал заместитель министра энергетики Российской Федерации Кирилл Молодцов.
«Возьмём нефтепереработку. Изначально мы хотели снизить зависимость от импортных катализаторов, которая несколько лет назад была подавляющей. И вот уже результаты: в этом году ожидаем, что доля их импорта снизится до 37%, два года назад она была 62,5%.
Отрасль не стоит на месте, у нас строятся заводы, развивается производство. Например, «Транснефть» организовала в Челябинске и Коврове выпуск отечественных магистральных и В подпорных насосов, шиберных задвижек, а в Великих Луках разрабатывает российские системы контроля качества нефти. «Роснефть» ввела установку регенерации катализаторов и планирует в 2018 году на АНХК построить новые мощности по производству катализаторов реформинга и изомерации. К 2019 году мы также намерены обеспечить нефтедобычу российскими роторно-управляемыми системами, которые сейчас создаются тремя отечественными предприятиями в Уфе и Санкт-Петербурге», — пообещал замминистра.
Также чиновник отметил, что правительство «намерено расширить меры господдержки импортозамещающих проектов, в частности, по стимулированию спроса, софинансированию страховых рисков». Он озвучил и несколько идей по поддержке российских нефтяников и заверил, что даже в случае усиления западных санкций темпы развития отрасли не снизятся.
Но при этом участники рынка мерами господдержки не слишком довольны. Так, выступая на Сочинском форуме, президент «Роснефти» Игорь Сечин раскритиковал разработанный Минпромторгом механизм государственных закупок отечественного оборудования в рамках импортозамещения. Без каких-либо эвфемизмов он назвал его «неэффективным, полным излишних бюрократических процедур».
«Реализация этого, я убежден, резко затормозит, если не парализует, весь инвестиционный процесс. Под предлогом реализации программы импортозамещения предлагается внедрить сложную бюрократическую процедуру согласования при реализации инвестиционных закупок огромного перечня оборудования. Одновременно предлагается внедрение таких методик и процедур ценообразования на машиностроительную продукцию, которые приведут к существенному удорожанию инвестиций. Хотелось бы всего этого избежать. Вместо содействия и помощи в вопросах импортозамещения фактически вводятся дополнительные внутренние ограничения, негативно влияющие на стоимость активов крупнейших компаний, которые ведут в текущей ситуации, наряду с внешними санкциями, к увеличению бюрократических процедур и уничтожению рыночной экономики. В то время как в современной рыночной экономике эффективным средством решения задач считается не избыточное регулирование, а стимулирование — предоставление налоговых льгот, связанных кредитов и т. д.», — высказался Игорь Сечин.
От импортозамещения к экспорту
Специалисты ОК «Русал» также считают, что импортозамещать нужно с умом — рубить с плеча совершенно бессмысленно. Эта тема стала ключевой на одной из дискуссий в рамках КЭФ. В качестве примера был приведён опыт США — политику Дональда Трампа у нас немедленно окрестили «импортозамещение по-американски». Однако представители бизнеса уверены, что его лозунг «На первом месте — Америка» не стоит воспринимать столь прямолинейно.
«Америка — это самый большой потребительский рынок, и все остальные страны работают на удовлетворение нужд США. Это самая большая страна и по валовому доходу, и по количеству затрачиваемых денег. И мы поставляем в Америку свою продукцию, при этом наращиваем объёмы, потому что это растущий рынок. И нацелены на него множество регионов, так что мы испытываем жесточайшую конкуренцию. И главное, что старается защитить Трамп — это рынок высокотехнологичного экспорта. Здесь он видит добавленную стоимость и наибольшую занятость населения Америки», — объяснил директор по сбыту в России и странах СНГ ОК «Русал» Роман Андрюшин.
Нужно отметить, что собравшиеся за столом переговоров независимые эксперты и представители бизнеса пришли к единому мнению о том, что импортозамещение — это только начало пути. Важно сделать и следующий шаг: научиться производить товары и услуги, востребованные на зарубежных рынках. А также создать условия для того, чтобы это стало возможным.
«Если говорить об экспорте продукции высокой добавленной стоимости либо конечной продукции, то проблема существует, и она будет расти дальше. Принимаются антидемпинговые меры в различных регионах. Возьмём, например, фольгу. Это высокомаржинальный продукт, и его реализацию за рубежом закрывают. Хотя та же Европа испытывает дефицит сырья и полуфабрикатов, из которых производится этот продукт. Да, сырьё мы можем экспортировать, и мы сегодня успешны в этом направлении. Но нам очень сложно конкурировать с другими производителями в секторе готовой продукции. Здесь во главе угла стоит качество, и шапкозакидательство наше бесполезно. Мы можем написать на своей продукции Made in Russia, можем её продвигать, но дело именно в качественных характеристиках товара. А оно, в свою очередь, тянет за собой целый ряд вопросов: инвестирование и введение производственных систем, квалифицированный персонал, правильные производственные практики, эффект опыта, сертификация. Это первое, что необходимо для создания конкурентоспособной продукции. Второе – это цена. Для нас появилось стратегическое окно возможностей: за счёт девальвации можно было получить этот «допинг» низких затрат, хотя в последние полгода эффект пропадает. Я рассчитываю на рост российской экономики за счёт экспорта, потому что импортозамещение — это история уже отыгранная. Это стратегия, позволяющая выигрывать на местном рынке, который всё ещё сжимается и является ограниченным. Нам необходимо делать ставку на конкурентные преимущества, которые будут востребованы на мировом рынке», — высказался Роман Андрюшин.
По газам
Экологические проблемы и возможности их решения — тема не менее обсуждаемая, и крупные компании регулярно отчитываются о проведённых природоохранных мероприятиях. «Газпром» в этом смысле не исключение. В некотором смысле газовый гигант даже оказался в авангарде экодвижения: во всей России год экологии идёт только сейчас, а «Газпром» объявил годом экологической культуры на предприятии 2014-й. Тогда прошли основные тематические мероприятия, были совершены ключевые инвестиции: по сообщению пресс-службы компании, в 2014 году «Газпром» направил на охрану окружающей среды 49 млрд руб. Сегодня заботиться о природе призывают всю Россию, и на предприятии «запланировано проведение мероприятий, направленных на позиционирование компании как экологически ответственной, повышение её международного имиджа, а также популяризацию экологических преимуществ природного газа». Сказано — сделано: буквально несколько недель назад в Вене прошёл Международный деловой конгресс, где председатель правления ПАО «Газпром» Алексей Миллер представил природный газ как топливо будущего.
«При выборе целевого топлива для построения стратегии развития энергетики энергоресурсы оцениваются, прежде всего, по энергоэффективности, объёму запасов, надёжности снабжения, доступности и, конечно, уровню воздействия на окружающую среду. Во многих странах, особенно в Европе, растёт внимание к возможностям «зелёной» энергетики. На первый взгляд, такое решение действительно позволяет минимизировать воздействие на природу. Однако у него есть серьёзный недостаток — ненадёжность снабжения. При одних погодных условиях энергии может быть слишком много, при других её может не быть совсем. При этом хранение и передача энергии, полученной из возобновляемых источников, технологически сложны и чрезвычайно затратны.
У нас нет сомнений, что именно природный газ удовлетворяет всем требованиям, которые предъявляет к энергоносителям современная экономика. Это колоссальные запасы, исключительная надёжность и доступность. Это существенное развитие рынка и устойчивые модели торговли во всём мире. Кроме того, газ — это наиболее чистый вид полезного ископаемого топлива.
Важнейшим фактором, стимулирующим развитие газовой промышленности, является глобальный характер природного газа. Ведь энергию гидроэлектростанций, солнечных батарей и ветрогенераторов нельзя передать на тысячи километров без существенных потерь и крайне сложно направить по магистральным линиям передачи через моря. А у природного газа, напротив, наиболее экономичная форма передачи и хранения энергии по сравнению с другими энергоносителями. Газ десятилетиями успешно прокачивается по подводным газопроводам и транспортируется с континента на континент в сжиженном виде. Опорой энергосистемы, основанной на природном газе, являются построенные за десятилетия тысячекилометровые магистральные газопроводы и терминалы по сжижению и регазификации, развитая сеть газохранилищ и газовые электростанции. Потребитель газа «Газпрома», направляя нам заявку на отбор, абсолютно уверен, что этот газ точно в срок поступит на пункт сдачи в строго согласованных объёмах. Используя газ, мировая экономика имеет полностью самодостаточную надёжную интегрированную цепочку поставок энергоносителя от месторождения до конечного потребителя.
Неудивительно, что в этих условиях потребление газа в мире увеличивается. Так, объём поставок газа «Газпрома» на европейский рынок в 2016 году составил рекордные 179,3 млрд м3. В первой половине 2017 года мы наблюдаем продолжающиеся темпы роста спроса на российский газ в Европе. С начала года мы увеличили объём поставок к соответствующему периоду 2016 года уже на 13,2%, что в объёмных показателях соответствует 9 млрд м3 газа.
Росту европейского газопотребления во многом способствует возвращение «голубого топлива» в электроэнергетику и замена газом экологически грязного угля. Яркий пример — Великобритания. В 2016 году доля угольной электрогенерации здесь снизилась до 9% с 23% — а это было всего годом ранее, — в том числе благодаря введенному «налогу на выбросы». Согласно плану Правительства Соединенного Королевства, в 2025 году в стране будет закрыта последняя угольная электростанция. А члены европейской ассоциации электрогенерирующих компаний Eurelectric из 26 стран ЕС обязались не вводить в эксплуатацию новые мощности угольных электростанций после 2020 года. Всё это, безусловно, открывает значительные перспективы для газовой отрасли», — «прорекламировал» газовую генерацию Алексей Миллер.
Когда в товарищах согласья нет
«Русал» и экология — история давняя и многострадальная. Именно на алюминиевые заводы сибиряки традиционно возлагают ответственность за качество атмосферного воздуха, хотя по большей части такие обвинения сводятся к домыслам и безосновательным рассуждения — объективные научные данные по этому вопросу получить не так-то просто (подробнее об этом вы можете прочитать №118 апрель 2017). И, если судить по комментариям представителей компании, забота о природе — чуть ли не главная проблема алюминиевого магната.
О том, что Олег Дерипаска энергично взялся поддерживать «зелёную энергетику», мы уже писали (подробнее об этом вы можете прочитать в статье «Слово и дело» данного выпуска). Однако не наносить вреда природе в процессе выработки энергии для мощного алюминиевого завода — это только полдела. Важно также сократить объём выбросов самого предприятия. Выступая на КЭФ, директор департамента ОК «РУСАЛ» по взаимодействию с федеральными и региональными органами власти Анатолий Решетников рассказал, что компания вкладывается в природоохранные программы, при этом не получая поддержки «сверху». Напротив, законодатели создают «экологам-металлургам» многочисленные барьеры.
«В качестве примера расскажу о работе Красноярского алюминиевого завода. В 1985 году он выбрасывал в атмосферу 220 000 тонн вредных веществ. С тех пор мы предприняли достаточно мер, и объём сократился в два раза. А будет сокращён ещё в два. В 2003 году начался В первый этап модернизации КрАЗа. Первое, с чем мы столкнулись, — это отсутствие каких-либо механизмов финансирования и привлечения финансирования. В Только «зелёные» инструменты у нас не работают: если ты не добавляешь мощности, организуешь чистые природоохранные мероприятия, попробуй докажи банку, что они имеют какой-то эффект. Поэтому программу финансируем сами. Первый этап обошёлся в 300 млн долларов, он продолжался 6 лет. За это время 7 раз поменялись ФЗ и градостроительные требования. То есть у нас есть действующий проект, который мы реализуем, и в процессе всё время меняется законодательство. Соответственно, каждый раз мы корректируем проектные решения. Необязательно речь идёт о потраченных деньгах, но время мы в любом случае теряли, поэтому этот этап продлился долго. Сейчас идёт второй этап модернизации, мы намерены потратить на него 400 млн долларов. По истечении двух этапов объём выбросов должен составить 54 000 тонн, то есть ровно в 4 раза меньше, чем было в СССР.
Вот и другой кейс. КрАЗ проверили в общей сложности 230 раз — Росприроднадзор, природоохранная прокуратура и другие органы. В среднем проверки длились порядка 10 дней. То есть мы всё время предоставляли одни и те же документы, демонстрировали одни и те же объекты. Вопрос: сколько потратили денег мы, сколько потратило государство? Может быть, проще посадить (в хорошем смысле слова) человека, который бы работал у нас на площадке? Это бы обошлось в сотни раз дешевле. Это к вопросу о рациональных тратах бюджета на экологические мероприятия.
Далее о законотворчестве. Не успели принять 219 закон об охране окружающей среды, как его уже необходимо приводить в чувство. Потому что только его подписали, тут же приняли закон об отходах и возобновили процедуры получения нормативов и лимитов на отходы. Это при том, что они уже есть в комплексном экологическом разрешении. То есть у нас появился дополнительный В административный барьер. А теперь вопрос: если комплексное разрешение получили, а разрешение на отходы не дали, что делать? Никто не объяснил. Идти за новыми документами, ждать 120 дней? Так мы вообще работать не будем. Или будем, но без разрешения.
Есть и другой интересный момент. Вокруг КрАЗа стоят 6 пунктов непрерывного наблюдения — это наши пункты, у нас есть аттестованные лаборатории. Мы собираем данные, передаём их госорганам. А пункты эти мы поставили в качестве эксперимента. Потому что техтребований нет, непонятно, на какие источники какие комплексы ставить, какие вещества обязательно мерить. В будущем такие замеры нужно будет производить. Чтобы оборудовать КрАЗ онлайн-системами, нам нужно 2 млрд рублей. А ещё нужно 4 года заниматься проектными и строительными работами, потому что нельзя просто взять и проковырять в трубе завода дырку — она и упасть может. 2 млрд рублей — это по нашим примерным подсчётам. Но мы не знаем, сколько веществ и источников нужно будет мерить, и если их количество будет больше, то затраты могут составить и 50 млн рублей. Чувствуете, какой потенциал для коррупции при такой разнице в цифрах?», — поделился своими сомнениями эксперт.


«Промышленные страницы Сибири» №6-7 (120) июнь-июль 2017 г.

скачать pdf

Кира Истратова.

Новости
 
Вторая церемония вручения российской профессиональной Премии WinAwards Russia/«Оконная компания года-2017» состоится 28 ноября в Москве.
В 2017 году уникальные престижные награды лидерам......
 
 
Монтажникам дали «Оскар»
Компания REHAU вручила премию «Монтажник года», отметив......
 
 
«Норникель» переключится на богатую руду, чтобы сократить выбросы
Очередной план сокращения выбросов рассматривается руководством «Норникеля».......
 
 
В Новосибирской области появится новый завод по производству кабеленесущих систем
Новый производственный комплекс намерена построить компания IEK,......
 
 
Новинка от ОАО «НП «ПОДОЛЬСККАБЕЛЬ» — гибкие монтажные кабели ЭПОКС
Специалистами  ОАО «НП «ПОДОЛЬСККАБЕЛЬ», одного из ведущих......
 
 
Предприятия обязуют установить автоматические системы контроля выбросов
Сегодня на рассмотрении у Правительства РФ находятся......
 
 
СГК планирует на четверть сократить выбросы ТЭЦ-1
СГК рассказала о планах модернизации своих мощностей.......
 
АРХИВ НОВОСТЕЙ
   
   
© 2006-2012. Все права защищены. «Единый промышленный портал Сибири»
Цитирование приветствуется при условии указания ссылки на источник - www.epps.ru
© Создание сайта - студия GolDesign.Ru